uta_kryakva

Categories:

Девочка и дракон

Есть такая часто повторяющаяся структура, когда человек валяется в болоте депрессии, прилагает огромные усилия, вылезает, но затем что-нибудь обязательно повергает его обратно.
Иногда такую структуру можно сравнить с историей о Сизифе, который только лишь закатывал камень на вершину горы, как он скатывался обратно. Что до Сизифа, то он был наказан богами, но откуда же у современных людей такая повторяющаяся история?
Не гарантирую, как обычно, всеобъемлющего охвата, но обращусь к ранней травме, основе повреждения первичного нарциссизма.
Итак, младенец, только рождаясь, попадает в какую-то среду, которую он будет расценивать как безопасную, если там его встречает благосклонно настроенная, спокойная и радующаяся его рождению мать, у которой есть хорошая поддержка - его отец.
То есть он попадает изначально в этот благоприятный треугольник, где есть Мама, поддерживающий маму Папа, и третий - он, центр этой вселенной.
Зачастую этой прекрасной идиллии не случается, возможны различные повороты событий, например, папа бросил или отдалился от мамы (рождение ребёнка активизирует все нерешенные проблемы). Мама в депрессии или не понимает, что ей с этим ребёнком делать, атмосфера, мягко скажем, далёкая от того, что нужно этому конкретному ребенку. Что решает в таких случаях младенец, как он воспринимает эту ситуацию? Часто - именно как опасную, страшную и такую, из которой лучше куда-нибудь исчезнуть. Куда может вернуться психика младенца, кроме как в единственно известное ему безопасное место: регрессировать в утробу.
В младенчестве это может быть вполне себе защищающим от неблагоприятной среды фактором, но в дальнейшем, если такая психическая ситуация закрепляется, а она закрепляется в тех случаях, когда атмосфера в семье остаётся для этого ребёнка неблагоприятной, то это приводит к фатальному кругу.
А дальше любая ситуация, да что угодно, что определяется таким человеком, как опасность, приводит его психику в регресс, и он снова прячется в свою психическую утробу, единственное безопасное для него место. Эдакую пещеру дракона, где можно спокойно спать.
Как-то давно я видела смешные (правда, только на первый взгляд), картинки, где маленькая девочка и страшный дракон скованы одной цепью, и когда девочке хочется поиграть, то она, забыв о драконе, начинает скакать, чем мешает его сну, и тогда он, разгневанный, вылезает из своей пещеры и пытается испепелить ее.
Далее круг воспроизводится, постепенно девочка приходит в себя, снова забывает о причине своего беспамятства, снова тревожит уже уснувшего дракона, ну и все по порядку.
Конечно, следя за символизмом нашей психики, мы увидим в драконе некую страшную, убивающую сторону внутреннего материнского объекта (не путать с реальной матерью), работающую в психике, как запрет на то, чтобы быть живым. То есть отличным от спящего дракона, читай мертвой убивающей матери внутри его психики.
Как всегда начало выхода в том, чтобы, будучи уже взрослым, увидеть в себе обе стороны, и в «убивающем драконе» узнать, прежде всего, свою собственную психическую склонность к регрессу в абсолютно безопасное, но таким образом, безжизненное пространство. Которых в реальной жизни все же не бывает.
Ведь, если вы не живёте, вам и не умирать.

Приручить дракона в этом случае - это принять свои собственные склонности, родившиеся из собственных потребностей, ведь мы ровно такие, какие есть, и не станем другими, даже если будем ненавидеть в себе что-то.

 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded